"Ругань здесь обычное дело!" Журналисты съездили на белорусско-литовскую границу, где очередь растянулась на неделю

Последние, напомним, совсем недавно имели право на внеочередной проезд! В приграничных чатах то и дело появляются объявления вроде: «Продам очередь» или «Постою вместо вас, пока вы дома отдохнёте». Словом, жизнь на границе кипит!

Журналисты решили утром выходного дня съездить в пункт пропуска «Привалка — Райгардас». Как сейчас двигается транспорт? Сколько фур томится в «колейке» и есть ли у легковушек шанс за сутки проскочить границу?

Обо всём этом — в репортаже av.by.

За полтора часа — две машины

Хвост из большегрузов журналисты заприметили, ещё когда до пункта пропуска было несколько километров. По официальной информации сайта ГПК РБ, на выезд из страны в тот момент собралось 180 грузовиков.

На многих кабинах развевались светоотражающие жилеты. Это значит, что водитель ещё спит, не стоит попусту человека тревожить! Журналисты решили максимально близко подобраться к пункту пропуска и пообщаться с теми, кто уже бодрствует в ожидании пересечения границы.

Далее – от первого лица.

У «колейки» легковых автомобилей столпились мужчины. Интересуемся у них, как сегодня работают литовские пограничники. Все ведь знают, что это именно они задают темп движения в очереди. Если повезёт — работают быстро. Если нет, можно и сутки простоять.

— За полтора часа — две машины! — не скрывая раздражения, отвечает один из ожидающих. — Ещё немного постою и затем в «Бенякони» (пункт пропуска в Лидском районе. — Прим. авт.), наверное, поеду.

— Говорят, что велосипедисты здесь в общей очереди. Это правда?

— Нет, с белорусской стороны ничего не изменилось. Велосипедисты проезжают так же, как и раньше. Уже у литовцев они идут в одной очереди с легковушками и автобусами.

В это время в ряд въезжает кроссовер на литовских номерах. Мужчины переключают внимание на него и быстрым шагом подходят к вновь прибывшему. Что-то очень бурно и эмоционально обсуждают и жестами призывают его развернуться.

Один из мужчин пытается перекрыть дорогу.

— Что случилось? — пытаемся понять суть конфликта.

— Не обращайте внимания. Ругань на границе — это обычное дело! — отвечает мужчина, глубоко затягиваясь сигаретой.

Тем временем автомобиль на литовских номерах разворачивается и уезжает в конец «колейки». Мы идём дальше.

«Везу детям закатки»

— В группах пишут, что стоят очень долго. По 28 часов! Я только утром приехал, нахожусь здесь пару часов. Как там будет дальше — неизвестно, — докладывает обстановку пожилой мужчина.

Иван едет в Белосток к своим детям и внукам. Пенсионер старается бывать в Польше два раза в месяц.

— И внуков увижу, и закаток подвезу с огорода! — объясняет белорус. — Надеюсь, к вечеру пересеку границу...

— А здесь всегда пограничники так медленно работают?

— Где-то с августа, когда они (страны ЕС. — Прим. авт.) хотели закрыть границу… Закрыть не закрыли, а работать плохо стали! Две машины в час — разве это дело? Я возвращаться стараюсь во вторник. Тогда уже очередей таких нет.

Всего на границе три ряда автомобилей. В одном стоят легковушки, в двух других — большегрузы. Среди них есть те, для кого очередь двигается быстро. Это машины со спецпропусками. Сколько стоит заветный билетик? Направляемся к водителям, чтобы уточнить.

За деньги можно быстрее!

Александр возвращается из России. Возил туда фрукты из Европы. Сейчас вот едет на перецепку в Литву. У дальнобойщика есть пропуск, поэтому в очереди он не будет стоять долго. На границу приехал ночью, а уже — следующий на выезд.

— Фирма мне купила пропуск за 1 200 евро на год, — рассказывает водитель.

Александр работает в российской компании. Колесит в основном по России. В Литву — только на перецепку. В среднем его поездка составляет 3-4 дня. Зарплата фиксированная: один рейс — 300 евро.

Рядом с ним, в соседней очереди, где уже нет такого счастья, как заветный пропуск, слышим иностранную речь. Выглядываем из-за носа грузовика: на перекур вышли трое мужчин.

Раньше шил носки — теперь за рулём фуры!

Эти водители из Узбекистана, работают в литовской компании. Они охотно соглашаются пообщаться с нами и легко переходят на русский язык.

Здесь они стоят уже неделю. Из Европы привезли косметику и мандарины. Сейчас едут назад в Литву, а кто-то из них ещё дальше — в Германию. Замечаем, что все трое в одинаковой обуви:

— Нам на фирме такую дали! Но вы посмотрите, что под ней, — говорит один из водителей и снимает ботинок.

А там — кожаный носок на замке!

— Это наша мусульманская обувь — махси. Очень удобно в ней ходить: ноги не промокают, не замерзают, не потеют, — рассказывают узбеки.

Собеседники говорят, к таким очередям уже давно привыкли. К Новому году это обычная практика: все хотят быстрее закрыть свои контракты и машин на границе становится больше.

— Мы не жалуемся! Сюда бы продуктовый магазин какой, и будет нормально — даже жить можно! Так-то запасы продуктов уже иссякают, а сколько ещё простоим — неизвестно...

— И что тогда делать без продуктов?

— Кто-то из нас отцепляет прицеп, и мы на тягаче едем в близлежащий магазин или на заправку. Здесь у вас кефир вкусный очень, его много берём! Ну а ещё гречку, рис…

Признаться, давно хотели посмотреть, как налажен быт дальнобойщика. Но наши предыдущие собеседники были весьма несговорчивыми. Сейчас все звёзды сошлись, и узбеки без проблем проводят нас на свою полевую кухню.

Борис (так зовут одного из водителей) достаёт небольшой газовый баллон. Открывает ещё один отсек:

— Вот здесь холодильник, но я его уже отключил, поскольку температура на улице и так низкая. Тут ящик с едой: кефир, овощи и халяль (мясо животного, употребление которого не нарушает пищевые запреты мусульман. — Прим. авт.). Сейчас я вас чем-нибудь угощу, — говорит Борис и отправляется в хвост фуры.

С собой мужчина приносит большой казан, открывает его, а там — настоящий узбекский плов!

— Разогрею — и попробуете!

Дальнобойщик разжигает баллончик и на сковородку выкладывает остатки своего обеда. Пока рис с овощами и мясом разогревается, Борис рассказывает про свою жизнь в Узбекистане:

— Я был ремесленником. Шил такие же кожаные носки. Но потом пришёл Китай и всё заполонил на рынке своим дешёвым товаром. Работать стало невыгодно! Принялся искать, чем себя занять. Так я оказался в Москве. Работал там и на стройке, и в такси, и даже в банке, — вспоминает мужчина. — В дальнобой ушёл три года назад. С тех пор езжу по Европе!

На родине у Бориса — жена и трое детей. Видит он их крайне редко — два раза в год, если повезёт.

— В Узбекистан ехать очень дорого и долго. Это белорусам хорошо: 50 евро — билет, сутки в дороге — и они дома! А мне надо половину зарплаты своей отдать, чтобы домой добраться…

— Сколько вам платят?

— 80 евро в сутки.

— А для примера: в Узбекистане какая сейчас средняя зарплата?

— У простых рабочих — 300 долларов.

— Так редко видеть семью — это, наверное, очень сложно. Не планируете завязать с дальнобоем?

— Пока что нет! Я живу в городе, где есть очень большой рынок. Все, у кого имеются дома около него, сдают их продавцам в аренду. Вот у меня в планах построить там дом и тоже заняться таким бизнесом — тогда и посмотрим!

От горячего плова потянуло теплом и каким-то домашним уютом. Борис достаёт две большие ложки. Тщательно промывает их и, широко улыбаясь, протягивает нам. Пока мы пробуем настоящий узбекский плов у огромного колеса фуры, мужчина не таясь делится своим фирменным рецептом...

— Мой дом — это моя кабина! Сами видите, что всё здесь приспособлено для жизни. Так что можно пережить и не такие очереди. Главное, чтобы вода с хлебом не закончились, — говорит на прощание Борис.

Идём с фотографом дальше. Мимо нас в сторону Беларуси проезжают два велосипедиста. На багажниках — большие телевизоры, а с руля свисают громоздкие пакеты с товаром. Поговаривают, что на таких перевозках люди неплохо зарабатывают. Суммы называют разные — от 30 евро за рейс. Точно утверждать не берёмся, так как кого-либо из велосипедистов разговорить не удалось.

***

Двигаясь в сторону КПП между рядами большегрузных машин и легковушек, ловим себя на мысли, что на границе нынче — как и год назад, без значительных перемен. Длинные очереди, скучающие дальнобойщики и озадаченные водители легковых авто. Каждый из них по разным причинам едет в Европу, но желание у всех одно — пересечь границу как можно скорее.

Когда ехали назад через всю «колейку», водители из её хвоста уже проснулись и вышли на улицу. Кто-то стоял с кружкой горячего кофе, кто-то — с сигаретой.

— Вы там напишите в своём репортаже, что мы все очень хотим быстрее домой! И такие огромные очереди — это просто издевательство, — весьма эмоционально высказался шофёр одного из большегрузов.

Что же, честно выполняем его просьбу, ведь нам тоже по-человечески жаль всех этих людей. А их, судя по всему, ждёт длинное недельное ожидание в этой самой «треклятой колейке».

Что сейчас происходит на границе

Как сообщает Погранкомитет, с пятницы количество фур на въезд в Литву увеличилось на 13%.

Литовское направление остается самым загруженным на пути в ЕС — здесь оформления ожидают более 1120 грузовиков. В воскресенье контрольные службы Мядининкая (Каменный Лог) приняли на свою территорию всего 9% авто от пропускной способности, т.е. всего 1 фуру в час из 20 возможных.

Сотрудники остальных литовских погранпереходов с пятницы оформили 34% большегрузов.

По состоянию на 10:00 27 ноября около 100 единиц легкового транспорта ожидают въезда в ЕС перед всеми литовскими пунктами пропуска.